Американская федерация гребного спорта запустила подкаст с названием-каламбуром All Oar Nothing. По-английски это обыгрывает выражение all or nothing («всё или ничего»), заменяя «или» на «весло». Получается двойной смысл: либо ты с веслом, либо остаёшься ни с чем. Первый выпуск вышел 17 апреля и уже доступен на YouTube, Spotify и Apple Podcasts.

Ведущая Кендалл Стоддард свела за одним столом двух спортсменок Йельского университета, которых разделяет полвека. Энн Уорнер — олимпийская медалистка и участница знаменитого протеста 1976 года. Миа Леви — действующий член сборной США, двукратная чемпионка студенческой лиги (NCAA) и обладательница премии за вклад в студенческий спорт — 2026. Обе — выпускницы Йеля.

Уорнер вспоминает: февраль, лёд на воде. Женская команда выходит на тренировку раньше мужчин — потому что у них нет раздевалки. После занятий они сидят в мокрой одежде в автобусе и ждут, пока мужчины неторопливо моются под горячим душем. Уорнер к тому моменту уже дважды переносила пневмонию. Летом 1975 года она в составе экипажа, прозванного «Красная роза», завоевала серебро чемпионата мира. До 1975 года женских сборных в привычном смысле не существовало — команды формировались по клубному или региональному принципу. «Красная роза» стала первой женской восьмёркой, официально отобранной национальной федерацией для участия в чемпионате мира. Это был прецедент. Но университет по-прежнему не давал им нормальных условий.

В марте 1976 года девятнадцать студенток вошли в кабинет директора по физической подготовке и сняли спортивные костюмы. На спинах у них было написано: «Title IX» — так называется раздел закона об образовании США, который запрещает дискриминацию по половому признаку в любой программе, получающей федеральное финансирование. Формально закон действовал уже четыре года, но на практике женский спорт в Йеле оставался на положении падчерицы.

Уорнер не любит, когда историю сводят к одному эффектному жесту. «Люди сразу хватаются за то, что мы разделись, это очень драматично. Но контекст гораздо важнее». Контекст: в середине семидесятых слово «мускулистая» было оскорблением для женщины. «Сильная» — ещё хуже. А «честолюбивая» считалась едва ли не ругательством. Спортсменки с такими качествами чувствовали себя белыми воронами.

Леви слушает это и говорит, что нынешние гребчихи Йеля историю знают и относятся к ней серьёзно. На встрече, посвящённой пятидесятилетию женской гребли в университете, она услышала неожиданную вещь: тогда, в семидесятых, у студенток не было особой любви ни к самому Йелю, ни к университетскому спорту. Единственное, к чему они были по-настоящему привязаны, — это женская гребная команда.

Леви родом из Де-Мойна, штат Айова. Начала грести ещё до старшей школы. К седьмому классу выросла до 180 сантиметров и, по её словам, была нескладным подростком, который всё время спотыкался. В лодке это перестало быть проблемой. Длинные руки и ноги, которые подруги считали недостатком, вдруг оказались достоинствами.

Уорнер в ответ вспоминает наставника Гарри Паркера: «Не думай, что высокий гребец обязательно быстрее». В 1975 году на чемпионате мира в Ноттингеме американская восьмёрка («Красная роза») завоевала серебро. В её составе была Крис Эрнст ростом всего 165 см. Советские соперницы, взявшие золото, были все под 180–185. Но американки уступили не так много — и для первого в истории официального женского экипажа это был успех.

Уорнер добавляет, что сама когда-то тренировалась в розовом и укладывала волосы повыше — чтобы всем было видно: я женщина, несмотря на мускулы. «Я так рада, что тебя принимают такой, какая ты есть», — говорит она Леви.

Подкаст, судя по первому выпуску, не гонится за острыми темами. Он берёт паузу там, где другие торопятся, и задаёт вопросы, на которые нет коротких ответов. Получится ли удержать эту интонацию дальше — увидим. Но начало вышло сильным.